Воскресенье, 17.12.2017, 13:04
[ Услуги Мастеров · Расписание Медитаций · Справочная · Новые сообщения · Участники · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 212»
Форум » Общаемся-делимся радостью, знаниями, творчеством. » С любовью о родной Земле » Святогор (Оригиналы + Переложения...)
Святогор
LuciollaДата: Понедельник, 29.08.2011, 22:50 | Сообщение # 1
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline

К наиболее древним героям русского эпоса мы должны причислить Cвятогора.
В отличие от Волха, образ которого забыт и о котором имеется не более 4—5 полных записей песен о его походе, имя Святогора в эпосе чрезвычайно популярно, хотя его образ также заметно стерся. С его именем связано не менее семи различных сюжетов. Часть из них исконна для него, часть приурочена к нему, вероятно сравнительно поздно. К сюжетам, которые несомненно исконны для Святогора и принадлежат к области эпоса, надо отнести два: это, во-первых, рассказ о том, как Святогор наезжает на сумочку переметную, которую он не может поднять, и, во-вторых, рассказ о том, как он ложится в гроб, который за ним захлопывается. Все остальные сюжеты о Святогоре связаны с его именем и образом только внешне, известны и в ином приурочении, имеют прозаическую и отрывочную, фрагментарную форму и в большинстве случаев исполняются не как самостоятельные, законченные художественные произведения, а как коротко рассказанные эпизоды в сводных рассказах. Частично они носят библейско-легендарный характер (Святогор сближается с библейским Самсоном), частично характер сказочный или даже фарсовый.*
Обе основные былины, исконно связанные с образом Святогора, повествуют о его гибели. В одном случае он надрывается, пытаясь поднять необыкновенную сумочку, которую невозможно поднять с земли, во втором тщетно пытается откинуть крышку гроба, в который он лег живым. Крышка захлопывается за ним навсегда, и спасти его оказывается невозможным.
Что обе лучшие и наиболее древние песни о Святогоре повествуют о его гибели, — отнюдь не случайно. На сто с лишним сюжетов, известных классическому русскому эпосу, сюжеты о гибели героев исчисляются единицами. Так, Дунай и Сухман кончают свою жизнь самоубийством. Обе эти былины по своему содержанию глубоко трагичны. Трагически погибает Василий Буслаевич. Остальные герои, в песнях о них, никогда не умирают и не погибают. Наоборот: получая силу, Илья, например, одновременно получает пророчество, что смерть ему в бою не писана. Русский герой не погибает, и не об этом поются песни. Былина о том, как перевелись витязи на Руси, по нашим данным относится не к эпосу, а к духовным стихам, о чем речь будет ниже.
Если в рассказах об одном герое дважды, и притом по-разному, говорится о его гибели, это означает, что гибель связана с самой сущностью, с природой этого героя, что в лице Святогора изображается герой обреченный. В отличие от гибели других героев, в его гибели нет ничего трагического. Его гибель как бы закономерна и в слушателе не вызывает сожаления о нем.
Облик Святогора одинаков в обеих песнях о нем и может быть рассмотрен раньше изучения нити повествования.
Имя Святогора указывает на его связь с горами. Попытки увязать это имя с пушкинскими местами — со Святой горой близ Опочки или со Святыми горами на Донце, делавшиеся в науке, не убедительны. Святогор связан не с мягкими среднерусскими возвышенностями, он связан с каменистыми горами и ущельями. Он идет «но крутым горам да по святым местам» (Григ. III, 50). Он «Горыныч» (Пар. и Сойм. 40). К. Аксаков в детстве слышал рассказ о том, как Илья Муромец находит гору, «а на ней лежит огромный богатырь, сам как гора». На этой горе он спит (Кир. I, стр. XXX—XXXI). Илья иногда видит его уснувшим на своем коне на уступе высокой горы. Святые горы противопоставляются Святой Руси. Как Святая Русь — удел богатырей, так Святые горы — место, отведенное Святогору, откуда он, как правило, никогда не выходит на Русь. Певцы объясняют это тем, что он так велик и тяжел, что земля его не носит, не держит.


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Среда, 31.08.2011, 10:01 | Сообщение # 2
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
Святогор и тяга земная
(Оригинал...)
Едет богатырь выше леса стоячего,
Головой упирается под облако ходячее.
Поехал Святогор путем‑дорогою широкою.
И по пути встретился ему прохожий.
Припустил богатырь своего добра коня к тому
прохожему,
Никак не может догнать его.
Поедет во всю рысь – прохожий идет впереди,
Ступою едет – прохожий идет впереди.
Проговорит богатырь таковы слова:
«Ай же ты, прохожий человек, приостановись
немножечко,
Не могу тебя догнать на добром коне!»
Приостановился прохожий,
Снимал с плеч сумочку
И клал сумочку на сыру землю.
Говорит Святогор‑богатырь:
«Что у тебя в сумочке?»
– «А вот подыми с земли, так увидишь».
Сошел Святогор с добра коня,
Захватил сумочку рукою – не мог и пошевелить;
Стал вздымать обеими руками
– Только дух под сумочку мог пропустить,
А сам по колена в землю угряз.
Говорит богатырь таковы слова:
«Что это у тебя в сумочку накладено?
Силы мне не занимать стать,
А я и здынуть сумочку не могу!»
– «В сумочке у меня тяга земная».
– «Да кто ж ты есть и как тебя именем зовут,
Величают как по изотчине?»
– «Я есть Микулушка Селянинович!»

----------------------------------------------------------------------

(Переложение...)
Ехал как-то Святогор лесной дорогой и раздумывал о силе своей богатырской: «Вот бы перевернуть всю землю заново, поставить всё опять на своё место. Только не за что взяться, нет тяги у земли. А кабы стоял столб до неба, да на нём кольцо, то взял бы я за то кольцо, дёрнул бы, и вся земля перевернулась бы, встала бы на своё место древнее, и опять наступил бы на ней мир и порядок».
Стал Святогор за камни придорожные, да за дубы вековые землю тянуть. Камни раскидывает, дубы с корнем вырывает, а земля не двигается.
Вдруг заметил Святогор — впереди путник идет. Решил он его догнать, пустил коня тихой рысью, но тот всё так же вдалеке виднеется. Пустил уже в крупную рысь Святогор коня, а путник знай спокойно идёт впереди, и никак богатырь его не догонит. Исчез странный прохожий за поворотом дороги. Погнал Святогор коня вскачь, насилу догнал путника. А тот и не запыхался, все так же шагом размеренным ступает.
Удивился Святогор. Видит, одет путник по-крестьянски — рубаха да лапти, да плащ дорожный на плечи накинут, а через плечо сумочка холстяная перекинута. Говорит Святогор:
— Будь здоров, добрый человек. Что это в сумочке у тебя?
— Бывай и ты, богатырь, — отвечает прохожий. Кладет сумочку на землю рядом с дорогой и говорит Святогору:
— А вот подыми с земли, так увидишь.
Слез Святогор с коня, попробовал сумочку рукой — не шевелится. Взялся обеими руками, потянул — как влитая лежит сумочка, даже краем не приподнимется. Собрался Святогор с силами, упёр спину свою богатырскую, плечи саженные, схватился за сумочку — только сам в землю по колено провалился, а сумочка как лежала, так и лежит себе.
Поднялся богатырь с земли, говорит:
— Что за пропасть там у тебя в сумке?
Отвечает ему путник:
— Там у меня тяга земная.
Тут Святогор понял, что пропала его небесная сила, а земля не может его на себе держать. Тогда он спросил у путника:
— А скажи, добрый человек, как тебя зовут?
— Зовут меня Микулой, из селян я, из землепашцев, — отвечает путник.
— Носишь ты тягу земную, Микулушка Селянинович, а у меня уже и силы нет тяжесть людскую носить. Как бы мне узнать свою судьбу?
— Поезжай ты, богатырь, по дороге до Калинова моста, — отвечает ему Микула, — а от моста поворачивай направо и скачи во всю лошадиную прыть. Приедешь к Сиверским горам. В Сиверских горах найдешь ты самый большой дуб и под тем дубом увидишь кузницу. Кузнец тебе судьбу и скажет.


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Среда, 31.08.2011, 10:13 | Сообщение # 3
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
Илья Муромец и Святогор
(Оригинал...)


Как не далече‑далече во чистом во поли,
Тута куревка да поднималася,
А там пыль столбом да поднималася, ‑
Оказался во поли добрый молодец,
Русский могучий Святогор‑богатырь.
У Святогора конь да будто лютый зверь,
А богатырь сидел да во косу сажень,
Он едет в поле, спотешается,
Он бросает палицу булатную
Выше лесушку стоячего,
Ниже облаку да ходячего,
Улетает эта палица
Высоко да по поднебесью;
Когда палица да вниз спускается,
Он подхватывает да одной рукой.
Наезжает Святогор‑богатырь
Во чистом поли он на сумочку да скоморошную.
Он с добра коня да не спускается,
Хотел поднять погонялкой эту сумочку, ‑
Эта сумочка да не ворохнется;
Опустился Святогор да со добра коня,
Он берет сумочку да одной рукой, ‑
Эта сумочка да не сшевелится;
Как берет он обема рукам,
Принатужился он силой богатырской,
По колен ушел да в мать сыру землю, ‑
Эта сумочка да не сшевелится,
Не сшевелится да не поднимется.
Говорит Святогор да он про себя:
«А много я по свету езживал,
А такого чуда я не видывал,
Что маленькая сумочка да не сшевелится,
Не сшевелится да не сдымается,
Богатырской силы не сдавается».
Говорит Святогор да таковы слова:
«Верно, тут мне, Святогору, да и смерть пришла».
И взмолился он да своему коню:
«Уж ты, верный богатырский конь,
Выручай теперь хозяина».
Как схватился он да за уздечику серебряну,
Он за ту подпругу золоченую,
За то стремечко да за серебряно,
Богатырский конь да принатужился,
А повыдернул он Святогора из сырой земли.
Тут садился Святогор да на добра коня,
И поехал по чисту полю
Он ко тем горам да Араратскиим.
Утомился Святогор, да он умаялся
С этой сумочкой да скоморошноей,
И уснул он на добром коне,
Заснул он крепким богатырским сном.
Из‑под далеча‑далеча из чиста поля
Выезжал старой казак да Илья Муромец,
Илья Муромец да сын Иванович,
Увидал Святогора он богатыря:
«Что за чудо вижу во чистом поли,
Что богатырь едет на добром кони,
Под богатырем‑то конь да будто лютый зверь,
А богатырь спит крепко‑накрепко».
Как скричал Илья да зычным голосом:
«Ох ты гой еси, удалой добрый молодец!
Ты что, молодец, да издеваешься,
А ты спишь ли, богатырь, аль притворяешься,
Не ко мне ли, старому, да подбираешься?
А на это я могу ответ держать».
От богатыря да тут ответу нет.
А вскричал Илья да пуще прежнего,
Пуще прежнего да зычным голосом,
От богатыря да тут ответа нет.
Разгорелось сердце богатырское
А у старого казака Ильи Муромца,
Как берет он палицу булатную,
Ударяет он богатыря да по белым грудям,
А богатырь спит, не просыпается.
Рассердился тут да Илья Муромец,
Разъезжается он во чисто поле,
А с разъезду ударяет он богатыря
Пуще прежнего он палицей булатною,
Богатырь спит, не просыпается.
Рассердился тут старый казак да Илья Муромец,
А берет он шалапугу подорожную,
А не малу шалапугу – да во сорок пуд,
Разъезжается он со чиста поля,
И ударил он богатыря по белым грудям,
И отшиб он себе да руку правую.
Тут богатырь на кони да просыпается,
Говорит богатырь таково слово:
«Ох, как больно русски мухи кусаются!»
Поглядел богатырь в руку правую,
Увидал тут Илью Муромца,
Он берет Илью да за желты кудри,
Положил Илью да он к себе в карман,
Илью с лошадью да богатырскоей,
И поехал он да по святым горам,
По святым горам да Араратскиим.
Как день он едет до вечера,
Темну ноченьку да он до утра,
И второй он день едет до вечера,
Темну ноченьку он до утра,
Как на третий‑то да на денечек
Богатырский конь стал спотыкатися.
Говорит Святогор да коню доброму:
«Ах ты, волчья сыть да травяной мешок,
Уж ты что, собака, спотыкаешься?
Ты идти не мошь аль везти не хошь?»
Говорит тут верный богатырский конь
Человеческим да он голосом:
«Как прости‑тко ты меня, хозяйнушко,
А позволь‑ка мне да слово вымолвить.
Третьи суточки да ног не складучи
Я вожу двух русскиих могучиих богатырей,
Да й в третьих с конем богатырскиим».
Тут Святогор‑богатырь да опомнился,
Что у него в кармане тяжелешенько;
Он берет Илью за желты кудри,
Он кладет Илью да на сыру землю
Как с конем его да богатырскиим.
Начал спрашивать да он, выведывать:
«Ты скажи, удалый добрый молодец,
Ты коей земли да ты какой орды?
Если ты богатырь святорусский,
Дак поедем мы да во чисто поле,
Попробуем мы силу богатырскую».
Говорит Илья да таковы слова:
«Ай же ты, удалой добрый молодец!
Я вижу силушку твою великую,
Не хочу я с тобой сражатися,
Я желаю с тобой побрататися».
Святогор‑богатырь соглашается,
Со добра коня да опущается,
И раскинули они тут бел шатер,
А коней спустили во луга зеленые,
Во зеленые луга они стреножили.
Сошли они оба во белой шатер,
Они друг другу порассказалися,
Золотыми крестами поменялися,
Они с друг другом да побраталися,
Обнялись они, поцеловалися,
– Святогор‑богатырь да будет больший брат,
Илья Муромец да будет меньший брат.
Хлеба‑соли тут они откушали,
Белой лебеди порушали
И легли в шатер да опочив держать.
И недолго, немало спали – трое суточек,
На четверты они да просыпалися,
В путь‑дороженьку да отправлялися.
Как седлали они да коней добрыих,
И поехали они да не в чисто поле,
А поехали они да по святым горам,
По святым горам да Араратскиим.
Прискакали на гору Елеонскую,
Как увидели они да чудо чудное,
Чудо чудное да диво дивное:
На горы на Елеонския
Как стоит тута да дубовый гроб.
Как богатыри с коней спустилися,
Они ко гробу к этому да наклонилися,
Говорит Святогор да таковы слова
«А кому в этом гробе лежать сужено?
Ты послушай‑ка, мой меньший брат,
Ты ложись‑ка во гроб да померяйся,
Тебе ладен ли да тот дубовый гроб».
Илья Муромец да тут послушался
Своего ли братца большего,
Он ложился, Илья, да в тот дубовый гроб.
Этот гроб Ильи да не поладился,
Он в длину длинен и в ширину широк.
И ставал Илья да с того гроба,
А ложился в гроб да Свягогор‑богатырь.
Святогору гроб да поладился,
В длину по меры и в ширину как раз.
Говорит Святогор да Ильи Муромцу:
«Ай же ты, Илья да мой меньший брат,
Ты покрой‑ка крышечку дубовую,
Полежу в гробу я, полюбуюся».
Как закрыл Илья крышечку дубовую,
Говорит Святогор таковы слова:
«Ай же ты, Илюшенька да Муромец!
Мне в гробу лежать да тяжелешенько,
Мне дышать‑то нечем, да тошнешенько,
Ты открой‑ка крышечку дубовую,
Ты подай‑ка мне да свежа воздуху».
Как крышечка не поднимается,
Даже щелочка не открывается.
Говорит Святогор да таковы слова:
«Ты разбей‑ка крышечку саблей вострою».
Илья Свягогора послушался,
Берет он саблю вострую,
Ударяет по гробу дубовому.
А куда ударит Илья Муромец,
Тут становятся обручи железные.
Начал бить Илья да вдоль и поперек,
– Все железные обручи становятся.
Говорит Святогор да таковы слова:
«Ах ты, меньший брат да Илья Муромец!
Видно, тут мне, богатырю, кончинушка.
Ты схорони меня да во сыру землю,
Ты бери‑тко моего коня да богатырского,
Наклонись‑ка ты ко гробу ко дубовому,
Я здохну тебе да в личко белое,
У тя силушки да поприбавится».
Говорит Илья да таковы слова:
«У меня головушка есть с проседью,
Мне твоей‑то силушки не надобно,
А мне своей‑то силушки достаточно.
Если силушки у меня да прибавится,
Меня не будет носить да мать сыра земля.
И не надо мне твоего коня да богатырского,
А мне‑ка служит верой‑правдою
Мне старой Бурушка косматенький».
Тута братьица да распростилися,
Святогор остался лежать да во сырой земли,
А Илья Муромец поехал по святой Руси
Ко тому ко городу ко Киеву
А ко ласковому князю ко Владимиру.
Рассказал он чудо чудное,
Как схоронил он Святогора да богатыря
На той горы на Елеонскии.
Да тут Святогору и славу поют,
А Ильи Муромцу да хвалу дают.
А на том былинка и закончилась.
------------------------------------------------------


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Среда, 31.08.2011, 10:14 | Сообщение # 4
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
(Переложение...)
Былина четвёртая, о встрече Ильи и Святогора.

Зачин первый, про русских мух.
Ездил Илья по чисту полю, ездил по тёмну лесу, да заехал Илья в Святые горы. Видит Илья — едет по Святым горам конь пониже облака ходячего повыше леса стоячего. А на коне на том Святогор-богатырь сидит, головой в облака упирается, да дремлет. Думает Илья: «Что за чудо такое? Сильный могучий богатырь мог бы и в белом шатре выспаться». Закричал Илья:
— Эй ты гой еси, удалой добрый молодец! Ты спишь, богатырь, или притворяешься? Не ко мне ли, старому, подбираешься?
Не ответил Илье Святогор-богатырь. Закричал тогда Илья пуще прежнего, а ответа нет как нет. Разгорелось сердце у старого казака Ильи Муромца, берёт он палицу булатную, ударяет Святогора да по белым грудям. А Святогор спит, не просыпается.
Думает себе Илья Муромец: «Что за чудо чудное? Никакой богатырь от моей руки не мог на коне усидеть, а этот сидит, не ворохнется. Дай-ка ударю во второй раз».
Ударил он его во второй раз, не просыпается Святогор-богатырь. Думает опять Илья Муромец: «Видно худо ударил я его. Ударю-ка в третий раз». Размахнулся да ударил в третий раз, отбил себе руку правую.
От того удара Святогор-богатырь просыпается, говорит таковы слова:
— Ох, как больно русские мухи кусаются!
Поглядел тут Святогор в руку правую, увидал Илью Муромца, брал его за жёлты кудри да совал с конём во глубок карман. И поехал себе дальше по Святым горам.
Едет он день до вечера, тёмну ноченьку едет до утра, и второй день он едет до вечера, тёмну ноченьку едет до утра, а на третий день стал конь его богатырский спотыкаться. Говорил тогда Святогор-богатырь своему коню:
— Ах ты, волчья сыть, травяной мешок! Что ж ты, собака, спотыкаешься? Идти не хошь аль везти не можь?
Отвечал ему конь человеческим голосом:
— Уж прости ты меня, хозяюшко, позволь слово вымолвить. Возил я раньше одного богатыря, а теперь вожу двух сильных могучих богатырей, да еще и с конём богатырским.
Святогор-богатырь тут опомнился, вынимал из кармана Илью Муромца, да клал его на сыру землю с конём его богатырским. Начал спрашивать его, выведывать:
— Ты скажи, удалой добрый молодец, коей ты земли, коей орды? Если ты богатырь святорусский, то поедем-ка в чисто поле, попробуем с тобой силу богатырскую.
Отвечал ему Илья Муромец:
— Ай же ты, удалой добрый молодец! Вижу силушку твою великую, не хочу я с тобой сражаться, а хочу с тобой побрататься.
Согласился на то Святогор-богатырь, с добра коня спустился, раскинули они тут бел шатёр, а коней пустили в луга зелёные. Зашли они оба в белый шатёр, про себя друг другу рассказалися, обнялись-поцеловалися, золотыми крестами поменялися, друг с другом побраталися: Святогор-богатырь стал большой брат, Илья Муромец стал меньшой брат.

Э-э-э, Алексей, нескладуха тут у меня вышла! Про Плёнку-то и забыл, про жену святогорову! Разные старики ведь по-разному рассказывали. Кто про русских мух споёт, а кто и про жену в хрустальном ларце, вот и спутался я. Давай-ка я тебе с начала всё начну.


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Четверг, 08.09.2011, 17:12 | Сообщение # 5
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
Зачин второй, про жену Святогора.

Ездил Илья по чисту полю, ездил по тёмну лесу, да заехал Илья в Святые горы. Видит Илья — шатёр белополотняный. Стоит шатёр под великим сырым дубом, а в том шатре кровать богатырская не малая: длиной кровать десяти сажен, шириной кровать шести сажен. Привязал Илья добра коня к сырому дубу, лег на ту кровать богатырскую и заснул. А сон богатырский крепок: спал Илья три дня и три ночи. На третий день услыхал его добрый конь великий шум с сиверской сторонушки: мать сыра земля колыбается, тёмны лесушки шатаются, быстры реки из крутых берегов выливаются. Бьёт добрый конь копытом о сыру землю, не может разбудить Илью Муромца.
Говорил тогда конь человеческим голосом:
— Ай же ты, Илья Муромец! Спишь себе, прохлаждаешься, над собой невзгодушки не ведаешь. Едет к шатру Святогор-богатырь. Ты пущай меня в чисто поле, сам полезай на сырой дуб.
Вставал Илья на резвы ноженьки, пущал он коня в чисто поле, сам залезал на сырой дуб. Видит: едет богатырь выше лесу стоячего, головой упирается в облако ходячее, на плече везёт хрустальный ларец.
Приезжал богатырь к сырому дубу, снимал с плеч хрустальный ларец, отмыкал ларец золотым ключом, выходила оттуда жена богатырская. Такой красавицы на белом свете не видано и не слыхано: ростом она высокая, походка у ней щапливая, бровушки чёрного соболя, с платья тело белое. Как вышла она из ларца, собрала на стол яствушки сахарные, вынимала из ларца питьица медвяные. Пообедал Святогор-богатырь и пошёл с женою в шатёр прохлаждаться, в разные забавы заниматься.
Тут Святогор и спать улёгся, а красавица жена его богатырская пошла гулять по чисту полю и высмотрела Илью в сыром дубу. Говорила она ему таковы слова:
— Ай же ты, удалой добрый молодец! Сойди-ка ты со сыра дуба да любовь со мной сотвори. Ежели не послушаешься, разбужу Святогора и скажу, что ты меня насильно в грех ввёл.
Нечего делать Илье: с бабой не сговориться, со Святогором не сладить. Слез он с сыра дуба, сделал дело повелённое. Взяла его красавица богатырская жена, посадила к мужу во глубок карман и разбудила мужа от крепкого сна.
Проснулся Святогор-богатырь, посадил жену в хрустальный ларец, запер золотым ключом, сел на добра коня и поехал по Святым горам. Стал его добрый конь спотыкаться. Ударил Святогор коня по тучным бокам, а конь ему говорит человеческим голосом:
— Возил я прежде богатыря да жену богатырскую, а теперь вожу жену да двух богатырей. Потому и спотыкаюсь.
Вытащил Святогор Илью из кармана и стал его выспрашивать, кто он есть и как там очутился.
Илья всё ему рассказал по правде, по истине. Тогда Святогор жену свою богатырскую зарубил, а с Ильёй поменялся крестами и побратался.

Поехали Святогор с Ильём по Святым горам покататься и наехали путём-дорогою на великий гроб-домовище, а на том гробу надпись сделана: «Кому суждено в гробу лежать, тот в него и ляжет».
Лёг Илья Муромец: для него домовище и велико, и широко. Лёг Святогор-богатырь, гроб по нему точно пришёлся. Говорил Святогор таковы слова:
— Гроб-то точно по мне пришёлся. Возьми-тко крышку, Илья, закрой меня.
Отвечал ему Илья:
— Не возьму я крышки, большой брат, не закрою тебя. Шутишь ты шутку немалую, сам себя хоронить собрался.
Взял Святогор крышку и сам закрыл ею гроб. А как захотел поднять её, то не смог. Бился он, силился, а никак поднять не может. Говорил он тогда Илье:
— Ай, меньшой брат! Видно нашла меня судьба, не могу поднять крышки. Попробуй-ка ты.
Попробовал Илья поднять крышку, да где ему! Говорит ему Святогор:
— Возьми мой меч-кладенец, ударь поперёк крышки.
А Илье святогоров меч-кладенец не под силу поднять. Позвал его тогда Святогор:
— Наклонись ко гробу, к маленькой щёлочке, я дохну на тебя духом богатырским.
Как наклонился Илья, как дохнул на него Святогор-богатырь духом богатырским. Почувствовал Илья, что силы в нем прибавилось втрое против прежнего, поднял он меч, да ударил поперёк крышки. От того удара аж искры посыпались, а где ударил меч-кладенец, там выросла вкруг гроба полоса железная. Зовёт Илью опять Святогор:
— Душно мне, меньшой брат, ещё ударь вдоль крышки.
Ударил Илья вдоль крышки — и тут выросла полоса железная. Говорил тогда Святогор-богатырь:
— Задыхаюсь я, меньшой братец. Наклонись ко щёлочке, дохну ещё на тебя, передам тебе всю силушку мою богатырскую.
Отвечал ему Илья Муромец:
— Будет с меня силы, больший братец, не то меня земля на себе носить не станет.
Промолвил тут Святогор:
— Хорошо ты сделал, меньший брат, что не послушал моего последнего наказа. Дохнул бы я на тебя мёртвым духом, и ты бы лёг мёртвый подле меня. А теперь прощай, владей моим мечом-кладенцом, а добра коня моего богатырского привяжи к моему гробу. Никто кроме меня с этим конём не справится.
Тут пошёл из щёлочки мёртвый дух, простился Илья со Святогором, привязал его коня ко гробу, опоясался мечом-кладенцом и поехал в раздольице чисто поле.


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Четверг, 08.09.2011, 17:14 | Сообщение # 6
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
Подробнее о Святогоре

В отличие от Волха, образ которого забыт и о котором имеется не более 4—5 полных записей песен о его походе, имя Святогора в эпосе чрезвычайно популярно, хотя его образ также заметно стерся. С его именем связано не менее семи различных сюжетов. Часть из них исконна для него, часть приурочена к нему, вероятно сравнительно поздно. К сюжетам, которые несомненно исконны для Святогора и принадлежат к области эпоса, надо отнести два: это, во-первых, рассказ о том, как Святогор наезжает на сумочку переметную, которую он не может поднять, и, во-вторых, рассказ о том, как он ложится в гроб, который за ним захлопывается. Все остальные сюжеты о Святогоре связаны с его именем и образом только внешне, известны и в ином приурочении, имеют прозаическую и отрывочную, фрагментарную форму и в большинстве случаев исполняются не как самостоятельные, законченные художественные произведения, а как коротко рассказанные эпизоды в сводных рассказах. Частично они носят библейско-легендарный характер (Святогор сближается с библейским Самсоном), частично характер сказочный или даже фарсовый.*
Обе основные былины, исконно связанные с образом Святогора, повествуют о его гибели. В одном случае он надрывается, пытаясь поднять необыкновенную сумочку, которую невозможно поднять с земли, во втором тщетно пытается откинуть крышку гроба, в который он лег живым. Крышка захлопывается за ним навсегда, и спасти его оказывается невозможным.
Что обе лучшие и наиболее древние песни о Святогоре повествуют о его гибели, — отнюдь не случайно. На сто с лишним сюжетов, известных классическому русскому эпосу, сюжеты о гибели героев исчисляются единицами. Так, Дунай и Сухман кончают свою жизнь самоубийством. Обе эти былины по своему содержанию глубоко трагичны. Трагически погибает Василий Буслаевич. Остальные герои, в песнях о них, никогда не умирают и не погибают. Наоборот: получая силу, Илья, например, одновременно получает пророчество, что смерть ему в бою не писана. Русский герой не погибает, и не об этом поются песни. Былина о том, как перевелись витязи на Руси, по нашим данным относится не к эпосу, а к духовным стихам, о чем речь будет ниже.
Если в рассказах об одном герое дважды, и притом по-разному, говорится о его гибели, это означает, что гибель связана с самой сущностью, с природой этого героя, что в лице Святогора изображается герой обреченный. В отличие от гибели других героев, в его гибели нет ничего трагического. Его гибель как бы закономерна и в слушателе не вызывает сожаления о нем.
Облик Святогора одинаков в обеих песнях о нем и может быть рассмотрен раньше изучения нити повествования.
Имя Святогора указывает на его связь с горами. Попытки увязать это имя с пушкинскими местами — со Святой горой близ Опочки или со Святыми горами на Донце, делавшиеся в науке, не убедительны. Святогор связан не с мягкими среднерусскими возвышенностями, он связан с каменистыми горами и ущельями. Он идет «но крутым горам да по святым местам» (Григ. III, 50). Он «Горыныч» (Пар. и Сойм. 40). К. Аксаков в детстве слышал рассказ о том, как Илья Муромец находит гору, «а на ней лежит огромный богатырь, сам как гора». На этой горе он спит (Кир. I, стр. XXX—XXXI). Илья иногда видит его уснувшим на своем коне на уступе высокой горы. Святые горы противопоставляются Святой Руси. Как Святая Русь — удел богатырей, так Святые горы — место, отведенное Святогору, откуда он, как правило, никогда не выходит на Русь. Певцы объясняют это тем, что он так велик и тяжел, что земля его не носит, не держит.

Не ездил он на святую Русь,
Не носила его да мать сыра земля.

(Гильф. 1)

Не несла-де его да коня доброго,
Еще мати не несла да как сыра земля,
Да сидит на коне да засыпает сидит.

(Григ. III, 114)


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Четверг, 08.09.2011, 17:16 | Сообщение # 7
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
При встрече с Ильей он говорит:

Я бы ездил тут на матушку сыру землю, —
Не носит меня мать сыра земля,
Мне не придано тут ездить на святую Русь,
Мне позволено тут ездить по горам да по высокиим,
Да по щелейкам да толстыим.

(Там же)

Последние слова показывают, что дело не только в непомерной величине и тяжести Святогора, но что ему «не придано», «не позволено» выезжать за горы на Русь. В лице Святогора мы имеем, таким образом, героя, связанного с некоторой ограниченной территорией, находящейся за пределами Руси. Такая ограниченность территории характерна для распределения земель по родам или племенам, когда земли и угодья каждого племени были запретны для соседей, тогда как русские герои пользуются всем простором и привольем Руси, где эти племенные границы давно исчезли. Русские герои — герои всей русской земли, Святогор — герой ограниченной местности, носящей по своему пейзажу нерусский характер.
Слово «Святогор» образовано по тому же принципу, как «новосел», «зимогор», «белорусс» и другие, и обозначает принадлежность. От этого имени образуется прилагательное: он богатырь «святогорский» (Гильф. 1) в противоположность «святорусским» богатырям.
Уже из приведенных отрывков видно, что Святогор представляется как герой непомерной величины. В некоторых вариантах он так велик, что при встрече с Ильей кладет его к себе в карман вместе с его богатырским конем.
Мы знаем, что гиперболизм был некогда одним из основных средств поэтизации. Облик Святогора унаследован от тех времен, когда огромный рост и нечеловеческая сила считались признаком истинного героя. Облик Святогора создался раньше, чем создались образы главных героев русского эпоса. Он отличается не только гиперболической величиной и тяжестью, но и гиперболической силой. Некоторые из песен о нем с самого же начала описывают эту силу: «Не с кем Святогору силой померяться, а сила-то по жилочкам так живчиком и переливается. Грузно от силушки, как от тяжелого бремени» (Рыбн. 86). «А Иванищу-Святогору была сила дана господом самим. Что бы ни возьмет, ничего не чувствует, все легко» (Сок. 269).
Уже из приведенных отрывков видно, что сила эта Святогору в тягость. Она не находит применения; такая сила уже не вызывает восхищения слушателей. Спящий, дремлющий, огромный Святогор — это образ силы неподвижной и не находящей применения. Никаких подвигов Святогор не совершает.
Все это приводит к предположению, что Святогор — герой тех времен, когда величина и сила были основными признаками героя. Для нового времени, для Киевской Руси, нужна сила не как таковая, а сила, которая находит себе применение. Героизм нового типа определяется не столько наличием физической силы, сколько способом ее применения.
В обеих былинах о Святогоре он не только погибает, но противопоставляется героям позднейшим.
Былина о том, как Святогор не может поднять переметной сумочки, известна в 10 опубликованных записях. Из них 9 падают на прионежский край и одна — на Мезень. Формально это дает право говорить о том, что данная былина — местное образование. Однако этому противоречит глубокий исторический смысл былины, наличие в ней не местных и не поздних, а раннеисторических и общерусских черт.
Возможно, что в других районах она, как одна из древнейших, уже не сохранилась. Имя Святогора широко было известно, о чем свидетельствуют другие, более поздние сюжеты о нем, имеющиеся и в других районах, а не только в онежском крае.
В этой былине Святогор обычно изображается едущим на коне без определенной цели. Такое начало отличает эту былину от других русских былин. Русские герои обычно изображаются как едущие куда-нибудь с определенной целью. Былина о Святогоре и сумочке имеет характер дорожного приключения героя. Такая композиция характерна для очень раннего эпоса (много позднее она вновь появляется в авантюрных повестях). Святогору обычно придается кто-нибудь в провожатые, с которым он вместе едет, или певцы заставляют его кого-нибудь встретить. В обрисовке второго персонажа нет единства. Это может быть «пеший молодец», «прохожий», «старичок». В двух вариантах его настигает Илья Муромец, и еще в двух певцы сводят его с Микулой Селяниновичем. С точки зрения внутреннего значения и смысла данного сюжета последний случай, как мы увидим, должен быть признан наиболее удачным. Эта неустойчивость показывает, что ни один из этих случаев не исконен. Названные герои, Илья или Микула, создались позднее, чем образ Святогора, и введены в песню позже. В двух случаях (Рыбн. 86, Пар. и Сойм. 4) Святогор не встречает никого; возможно, что такая форма сюжета — древнейшая.
Центральный эпизод данной былины состоит в том, что Святогор видит на земле обыкновенную переметную сумочку, какие носят крестьяне и странники. Иногда она просто лежит на дороге, и Святогор на нее «наезжает». Иногда же она появляется иначе. Святогор, беседуя со своим спутником, похваляется своей силой. Обычная форма похвальбы состоит в том, что Святогор берется повернуть землю, если бы был столб и в столбе кольцо. Эта же форма обычна и для других былин, в которых Святогор или другой герой похваляется своей силой.
В тех случаях, когда Святогор похваляется своей силой перед Ильей, Илья ему отвечает:

Ай во мне еще сила небольшая есть,
Еще только побиваю я ведь храбростью своей.

(Гильф. 270)

В этих словах ясно противопоставление героев различного склада. Появление сумочки служит как бы прямым ответом на это хвастовство. Если Святогор не находит ее прямо на земле, то ее кладет на камень прохожий молодец, или это делают два старца, которые затем таинственно исчезают (Гильф. 119), или ее кладет на землю и предлагает поднять «старик седатый» (Григ. III, 114). Наконец сумочка эта может принадлежать Микуле Селяниновичу (Рыбн. 51; Сок. 159).
Сумочка имеет очень невзрачный вид, и Святогор не придает ей никакого значения. Невзрачная, маленькая сумочка и исполинский Святогор знаменуют столкновение двух различных сил. На самом деле соотношение сил и внутреннего значения их обратно тому, что представляется на первый взгляд: могучий Святогор окажется бессильным по отношению к переметной сумочке, так как сумочка эта не простая. Илья, или Микула, или другой спутник Святогора предлагают ему эту сумочку поднять. Иногда он и сам нагибается с коня, чтобы кончиком кнута поднять эту сумочку. Но эта сумочка «да не сшевелится». Тогда Святогор сходит с коня и пробует поднять сумочку сперва одной рукой, потом «всей силой», «грудью». Он делает нечеловеческие усилия: «По лицу кровавый пот прошиб» (Сок. 159), «А по белу лицу не слезы, а кровь течет» (Рыбн. 86). Стараясь поднять сумочку, он по колена уходит в землю.
Святогор спрашивает своего спутника, что в этой сумочке. Ответы даются в разной форме, по одинаковые по смыслу. Когда эта сумочка принадлежит Микуле Селяниновичу, он говорит: «В сумочке у меня тяга земная» или «В этой сумочке ношу тягость от матушки сырой земли» (Рыбн. 51; Сок. 159). Сходно выражают эту мысль певцы и в других вариантах: «На ней подписана вся земная тягота» (Гильф. 119). «В ней весь земной груз сложен» (Гильф. 185). «Погружена вся тяжесть во эти во сумочки» (Рыбн. 1). Надрываясь от усилий, Святогор чувствует приближение своего конца: «Верно, тут мне, Святогору, да и смерть пришла» (Пар. и Сойм. 4). У него «все жилы да суставы распущаются» (Гильф. 270). «Где Святогор угряз, тут и встать не мог, тут ему было и кончение» (Рыбн. 86). Иногда певцы прибавляют: «Тут Илья его и похоронил» (Гильф. 270).


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Четверг, 08.09.2011, 17:16 | Сообщение # 8
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
Таково несложное действие этой глубокой по своей мысли былины. Современный читатель не может ограничиться тем лаконичным объяснением сущности таинственной сумочки, которое дается в песнях. Что кроется за «тягой земной», представленной этой таинственной сумочкой?
На современном языке «тяга земная» означает силу притяжения земли. Однако несомненно, что не физические свойства земли служат предметом этой былины.
Понятием земли определяется весь основной смысл былины. Как уже указывалось, земля в ней отчетливо противопоставляется горам. По своей земле, по Руси, совершенно свободно разъезжают русские богатыри. По своим «святым горам» ездит Святогор и не может выехать на землю. У певцов нет единства в трактовке того места, где происходит приключение с сумочкой. В большинстве случаев оно происходит на «святых горах». В других — Святогор находит свою гибель тогда, когда покидает свои горы и едет по полям. В былине воспевается земля во всех ее значениях. Земля, на которой Святогор встречает богатырей, есть русская земля, хотя это нигде прямо и не подчеркивается. На этой земле будут создаваться новые формы человеческого общежития, осуществляемые нарождающимся русским государством. Поэтому Святогору, не совершающему никаких подвигов, представляющему в своем образе огромную, но дремлющую и не прилагаемую силу, противопоставляется Илья Муромец. Сила Ильи — в совершаемых подвигах во славу отчизны, тогда как у Святогора отчизны нет. Но Святогору противопоставляется не только Илья, но и Микула Селянинович. Земля требует освоения, а это освоение требует таких сил, перед которыми ничтожной представляется грубая физическая сила Святогора. Для этого требуется сила труда. В крестьянском сознании — это почти исключительно труд земледельческий. Этим объясняется, почему в дальнейшем развитии сюжета Святогор стал противопоставляться Микуле: Микула подкидывает Святогору свою сумочку, которую он сам носит с такой легкостью, перекидывая ее через плечо за лямки. В данной былине Вольга точно так же не может поднять сумочки Микулы, как в другой, позднейшей былине он не может поднять принадлежащей Микуле сохи. Сумочка знаменует тяжесть земледельческого труда, для которого недостаточно той физической силы, которой обладает Святогор: для этого требуются иные силы — силы, носителем которых изображается крестьянство. Земледельческий труд есть один из важнейших факторов в создании новой государственности.
Поэтические достоинства этой былины понимали и ценили такие писатели, как Глеб Успенский, Некрасов, Горький. Успенский в четвертой главе своей книги «Власть земли», которая не случайно повторяет заглавие всей книги и также называется «Власть земли», подробно пересказал нашу былину в том ее варианте, в котором Святогор встречается с Микулой. По-видимому, Успенскому эта былина была известна по устному источнику, так как ни один из печатных вариантов ее не совпадает полностью с его пересказом. Успенский глубоко понимал ту связь, которая соединяет русского крестьянина с землей и с трудом на ней. Он показывает, что вне этого труда крестьянин не мыслил своей жизни. Народ, говорит он, «до тех пор сохраняет свой могучий и кроткий тип, покуда над ним царит власть земли, покуда в самом корне его существования лежит невозможность ослушаться ее повелений, покуда они властвуют над его умом, совестью, покуда они наполняют все его существование». В качестве доказательства этой мысли Успенский приводит былину в подробном пересказе.
При всем уважении к народолюбию Успенского фольклорист не может согласиться с тем толкованием, которое он придает этой былине. Дело не во власти земли над крестьянством, а как раз наоборот: во власти крестьянина над землей. Крестьянин в этой былине изображается не как «кроткий раб» земли, а как ее хозяин в силу своего могучего труда над ней. Овладение землей, как поворотный момент в истории русской культуры и в становлении русского государства, есть основной предмет воспевания в этой былине.
Иначе подошел к этой былине Некрасов. Он не пересказывает ее, не останавливается на ней как на целом и не делает никаких попыток ее истолкования. Некрасов пользуется ею как гениальный поэт и извлекает из нее некоторые художественные образы для осуществления своих поэтических замыслов; он видит и правильно определяет в этой былине не воспевание «кротости» и послушания власти земли, а как раз наоборот — исполинских сил народа.

Ты думаешь, Матренушка,
Мужик — не богатырь?
И жизнь его не ратная,
И смерть ему не писана
В бою — а богатырь!


Сумочка и ее «тяга» для Некрасова — та страшная «тяга», то вековое бремя, которое подымал и выносил наш народ. Кровавый пот, текущий по лицу богатыря, у Некрасова выражает народные страдания.

Покамест тягу страшную
Поднять-то поднял он,
Да в землю сам ушел по грудь
С натуги! По лицу его
Не слезы — кровь течет.


Однако, чтобы правильно понять мысль Некрасова, нельзя приведенные слова изолировать из контекста. Слова эти находятся в поэме «Кому на Руси жить хорошо» в главе «Савелий, богатырь святорусский». Рассказ ведется от имени крестьянина Савельюшки, который, не вынеся издевательств помещика, поднял крестьян и заживо закопал в землю управителя. Образ Савелия — один из самых ярких и революционно острых в творчестве Некрасова. Не всегда народ будет носить ярмо, в народе есть богатырские силы, чтобы сбросить его, — такова основная мысль Некрасова, выраженная поэтическими средствами героического эпоса.


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
LuciollaДата: Четверг, 08.09.2011, 17:16 | Сообщение # 9
Волхв
Группа: Админ
Сообщений: 1271
Награды: 49
Статус: Offline
Поэтическую силу образа Святогора ощущал М. Горький, когда в статье «Разрушение личности» поставил этот образ в один ряд с образами Прометея, Геркулеса, Ильи, Микулы и других; в них Горький видит «широкие обобщения, гениальные символы», говорит о них как о гигантских обобщениях жизненного опыта народа. Подробное ознакомление с былинами подтверждает эту мысль Горького.
Другая былина о Святогоре очень близка к первой по своей идейной направленности. В XIX—XX вв. она пользовалась более широкой известностью, чем первая. Опубликовано 25 записей ее из Онежского края, с Поморья, Печоры, Пинеги, Мезени. Обращает на себя внимание жизнеспособность этой былины вплоть до нашей эпохи. Из 25 записей ее 11 были сделаны в советское время, частично они отличаются прекрасной сохранностью.
В этой былине Святогор также показан в сопровождении спутника. Но если в предыдущей песне спутник не имел определенного облика и мог быть представлен различными героями или даже совсем отсутствовать, то в данной былине спутником всегда является Илья Муромец. Илья Муромец здесь не только спутник, но и важное действующее лицо. Может быть, именно этим объясняется как широкая распространенность, так и лучшая сохранность и устойчивость этой былины. Как и где Илья с Святогором встречаются, для хода и смысла повествования несущественно, и трактовка этого момента подвержена колебаниям, особенно в сводных текстах. Чаще всего Святогор едет по горам или по чистому полю и иногда, сидя на своем коне, спит. Илья, видя незнакомого богатыря и принимая его за нарушителя границ, или по другим причинам, со всего размаха ударяет его своей булавой по голове. К изумлению Ильи, этот богатырский удар не оказывает на Святогора никакого действия. Он не просыпается и не оглядывается и только после третьего раза замечает Илью.

Я думал, кусают русские комарики,
Ажно славный богатырь Илья Муромец.

(Гильф. 265)

С этими словами он засовывает Илью вместе с его конем к себе в карман.
Весь этот эпизод нарушает своим фарсовым характером суровый и величественный стиль былины. Возможно, что он заимствован из другого сюжета, прикрепленного к Святогору: он носит с собой в кармане, в ларце, свою неверную жену. Там подобная деталь художественно уместна и составляет органическую часть повествования и вяжется с его стилем. Здесь же она носит характер вставки, нужной, чтобы оттенить огромные размеры Святогора, но для хода действия несущественной. Во многих вариантах этой детали нет, и повествование от этого не страдает. Конь жалуется, что ему тяжело носить двух богатырей, Святогор вынимает Илью, они братаются и вместе едут дальше.Совершенно так же, как и в предыдущей былине, и часто в тех же выражениях Святогор хвастает своей силой.
Как бы в ответ на это хвастовство Святогор по дороге вдруг видит гроб. Как и в предыдущей былине, Святогор как бы наезжает на свою судьбу. С этого момента начинается специфическое для данной былины развитие действия.
Гроб этот описывается различно, но наезд на него обязателен для всех вариантов. Гроб стоит в поле или на дороге. «Стоит тута да дубовый гроб» (Пар. и Сойм. 4). Иногда он каменный, что хорошо вяжется со всем обликом Святогора, связанного с горами: «Да гробница тут да каменна» (Гильф. 119; Сок. 1). Но гроб может быть и железным, и деревянным. Он всегда очень велик: «Плащаница огромная», «Большинский гроб» (Пар. и Сойм. 40; Гильф. 1). Еще чаще Святогор и Илья встречают двух работников, которые этот гроб делают или устанавливают. Они соответствуют тем старцам, которые в предыдущей былине подкидывают Святогору сумочку. «Два человека гроб делают» (Онч. 61). Обычно это именно старцы: «Старцы работают домище» (Аст. 25).
Слушатель сразу понимает, что гроб этот находится здесь или изготовляется неспроста. Старцы, строящие гроб, иногда таинственно исчезают. Певцы от себя иногда прибавляют, что это были ангелы. Гроб этот ниспослан свыше. Он представляет собой судьбу Святогора. Мысль о судьбе иногда влагается в уста Святогора. Он, например, спрашивает: «А кому в этом гробе лежать сужено?» (Пар. и Сойм. 4). Эта же мысль может быть выражена в форме надписи на гробу: «Кому суждено в гробу лежать, тот в него и ляжет» (Рыбн. 51).
Святогор всегда убежден, что гроб сужден не ему, а Илье, и предлагает Илье лечь в него, примериться к нему. Илье гроб всегда велик. Тогда в гроб ложится Святогор, но он уверен, что гробница эта не для него: «Лягу и всю разопру ее» (Аст. 5); «Я ляжу, так весь гроб раздавлю у вас» (Аст., стр. 338). А когда оказывается, что гроб ему впору и выдерживает его, он, как бы вызывая на поединок судьбу и те силы, которые ниспослали ему
этот гроб, просит Илью накрыть гроб крышкой. Чаще дело происходит иначе: крышка сама наскакивает на гроб и так крепко прилегает к нему, что Святогор со всей его силой не может ее скинуть.
Некоторые исследователи сопоставляли этот эпизод с мифом о египетском боге Осирисе. Осирис также ложится в приготовленный для него гроб; его коварный брат захлопывает крышку и сбрасывает этот гроб в Нил. Если бы эта аналогия была исторически верна и возможна, она означала бы, что в лице Святогора мы имели бы старинное божество. Но аналогия эта ложная: Осирис, бог растительности, ложится в гроб, чтобы весной вместе с растительностью вновь воскреснуть. Его смерть — смерть временная. Смерть Святогора есть смерть окончательная. Он уходит из жизни потому, что его пора прошла. Это не фатализм, а художественное выражение исторической необходимости; в этом «судьба» Святогора.
Святогор не хочет мириться со смертью. Он просит Илью разбить крышку гроба. Илья берет свой меч или свою палицу (или меч самого Святогора, который он не всегда может сразу поднять) и наносит мощные удары но крышке гроба. Но происходит чудо: от ударов Ильи на гроб наскакивают железные полосы или обручи. «Где ударит, там станут железные обручи» (Рыбн. 138). «Ставятся обручи железные» (Гильф. 1). Только теперь Святогор смиряется: «Видно, судьбина поискала меня» (Рыбн. 51). «Видно, тут же есть богатырь да кончается» (Гильф. 1).
Святогор хочет перед смертью передать Илье свою могучую силу. Передача силы в песнях может совершаться различно: Святогор, например, предлагает Илье припасть к щели или даже сделать отверстие в гробу и принять его последний вздох. Он передаст ему силу вместе с дыханием.

Я дохну на тебя духом богатырским.
(Рыбн. 51)

Я ведь дуну-то своим духом в тебя да богатырским-то,
Ты прими от меня да себе силушки.

(Марк. 61).

Это дыхание иногда изображается как пар: «Пар пойдет» (Аст. 5).
В других случаях Илья должен перенять силу иным способом: надо утереть свое лицо потом умирающего. «Утрись ты этим потом, и примешь силу мою» (Сок. 269). Другие певцы говорят, что этого поту надо лизнуть (Гильф. 265). В одном случае говорится, что из него пойдет сила, и в ней надо искупаться. В других вариантах говорится, что из него пойдет пена; стремление к утроению приводит к тому, что пойдут три разные пены, пена трех разных цветов. Одну из них — последнюю, надо лизнуть: «А пойдет бела (пена), возьми ее на персту и съешь небольно много; тогда силы в тебе прибудет» (Онч. 61).
Оба представления — представления о том, что можно перенять силу от живого или умирающего через его дыхание или от умершего путем приобщения к его останкам — имеют глубокую доисторическую давность. Наш интерес к ним определяется, однако, не этим, а способом их художественного использования и некоторыми деталями. Если бы Святогор просто и безоговорочно передал свою силу Илье, это означало бы, что Илья — простой преемник и продолжатель Святогора. Но дело происходит не так, и в этом основной смысл былины. Умирает и уходит в безвозвратное прошлое старый герой, но он передает свою силу новому герою, герою новой исторической эпохи. Илья Муромец — не продолжатель Святогора. Есть очень интересный и не случайный вариант, в котором Илья отказывается от силы Святогора:

У меня головушка есть с проседью,
Мне твоей-то силушки не надобно,
А мне своей-то силушки достаточно.
Если силушки у меня да прибавится,
Меня не будет носить да мать сыра земля.

(Пар. и Сойм. 4)

В этом замечательном варианте ясно высказана мысль, которая в других вариантах как бы зашифрована. Святогор предупреждает Илью, чтобы он только один или два раза лизнул пены или принял бы только один вздох, не принимал бы третьего вздоха и т. д., иначе он погибнет, или сила его будет столь непомерна, что земля его не будет носить, то есть он уподобится Святогору. Иногда Илья знает это и без предупреждения Святогора: «Будет с меня силы, братец, не то земля на себе носить не станет» (Рыбн. 51). Таких примеров можно привести много. Святогор передает Илье всегда только часть своей силы. Это означает, что по существу сила Ильи качественно иная. В лице Ильи народился новый герой, которому нужна физическая сила не как таковая: она нужна ему для подвигов, которых неуклюжий Святогор совершить не может. Физическая сила соединяется с новыми идеалами и применяется для осуществления их. Смена героев выражает смену двух исторических эпох — в этом основной, глубочайший смысл былины. Святогор ушел в прошлое, теперь вступает в силу Илья.
Мы должны признать эту былину художественно весьма совершенной. Она сложилась позже, чем предыдущая былина. В той форме, в какой мы ее знаем, она смогла сложиться только тогда, когда уже сложился образ Ильи, а сложился этот образ, как мы увидим, позже, чем образы других героев. Но самый замысел, сюжет, должен был сложиться раньше, в эпоху, когда герои-исполины еще не были забыты, но когда они перестали удовлетворять новым идеалам, требовавшим новых героев.


"Если проблема имеет решение - не стоит беспокоиться. Если проблема решения не имеет - беспокоиться бессмысленно."
 
СиОНДата: Четверг, 10.11.2011, 13:37 | Сообщение # 10
Сирена
Группа: Админ
Сообщений: 22443
Награды: 577
Статус: Offline
Luciolla, Кирилл, чудесный былины. 004

Дополню еще немного аудио- сказов. ^_^










Я Есмь здесь и сейчас:) Наслаждаюсь жизнью и игрой.
 
Форум » Общаемся-делимся радостью, знаниями, творчеством. » С любовью о родной Земле » Святогор (Оригиналы + Переложения...)
Страница 1 из 212»
Поиск:

Сайт создан в системе uCoz